Другой, хожалый древних лет,

Стал журналистом не на шутку

И перенес в столбцы газет

Свою упраздненную будку.

На черемиса, латыша,

На всю мордву валит доносом ―

Хоть и зовет его общественным вопросом, ―

Во всех ты, душенька, нарядах хороша!

Времен минувших ростовщик,

Чуждаясь темного позора,

Усвоил современный шик

И назвал свой вертеп конторой;

Но та же алчность барыша

Томит и гласного вампира ―

Так чёрт ли в том, что ты надел костюм банкира...

Во всех ты, душенька, нарядах хороша! (Василий Степанович Курочкин)

Другой, хожалый древних лет, Стал журналистом не на шутку И перенес в столбцы газет Свою упраздненную будку. На черемиса, латыша, На всю мордву валит доносом ― Хоть и зовет его общественным вопросом, ― Во всех ты, душенька, нарядах хороша! Времен минувших ростовщик, Чуждаясь темного позора, Усвоил современный шик И назвал свой вертеп конторой; Но та же алчность барыша Томит и гласного вампира ― Так чёрт ли в том, что ты надел костюм банкира... Во всех ты, душенька, нарядах хороша!

Василий Степанович Курочкин

Связанные темы

алчность банкир вампир вопрос газеты древние другой журналист лета позор свой своя стать том черт шутка

Похожие цитаты