В самом деле, вглядитесь пристальнее в ту поэтическую физиономию, которая встаёт из-за отрывочных, часто небрежных, но мрачных и пламенных песен Полежаева, - вы признаете то лицо, которое устами лермонтовского Арбенина говорит:
На жизни я своей узнал печать проклятья.
И холодно закрыл объятья
Для чувств и счастия земли...
Только Лермонтов уже прямо и бестрепетно начинает с того, чем безнадёжно и отчаянно кончил Полежаев, - с положительной невозможности процесса нравственного возрождения. О чём Полежаев ещё стенает, если не плачет, - о том Лермонтов говорит уже с холодной и иронической тоской.
Александр Иванович Полежаев
Связанные темы
возрождение
дело
жизнь
земля
лицо
невозможность
объятье
процесс
сам
своя
счастие
том
тот
уста
физиономия
холодная
чувства
Похожие цитаты
Нет ничего удивительного в успехах хотя бы того же Бербанка в Америке, о котором так много нашумели, потому что успехи его достигли таких размеров не от способов, применённых им в деле, а единственно от широкой материальной помощи, оказанной делу Бербанка как обществом, так и правительством, давшим возможность, не стесняясь размером материальных средств, поставить дело в широких рамках - на нескольких десятках десятин воспитывать сотни тысяч растений.
Это ведь далеко не то, что у нас в России... Возьмём пример. Мне пришлось в течение 33 лет корпеть над жалкими по размерам клочками земли, отказывая себе в самом необходимом...
Иван Владимирович Мичурин
...погрешают те, которые почитают добродетелию чрезмерную печаль, бывающую у них после учинения греха, не разумея, что это происходит у них от гордости и самомнения, утверждающихся на том, что они слишком много надеются на себя и на силы свои. Ибо думая о себе, что они суть нечто не малое, они взяли на себя многое, надеясь сами справиться с тем. Видя же теперь из опыта своего падения, что в них нет никакой силы, они изумляются, как встречающие нечто неожиданное, мятутся и малодушествуют; ибо видят падшим и простертым на земле тот самый истукан, т.е. себя самих, на который возлагали все свои чаяния и надежды.
Никодим Святогорец
Ты хочешь это знать, Жюльен [сын Джо Дассена]? Я тебя понимаю. Мне, наверное, трудно будет тебе все объяснить, так как твой отец был сложной натурой! По крайней мере, я попробую тебе рассказать. Иногда больно будет и тебе, и мне. Некоторые эпизоды могут тебя ранить. Но чтобы понять твоего отца, тебе надо их знать. Джо в жизни очень везло...и очень не везло. Я тебе расскажу и о том, и о другом, если хочешь. Чтобы открыть свою память и сердце, я подождал, пока ты вырастешь и попросишь меня об этом. Пришло время после стольких лет молчания прославить того человека, который пока лишь только знаменит.
Клод Лемель